kwarm
Ты разговариваешь с Богом — ты верующий, Бог разговаривает с тобой — ты психически больной.
Июль. Да кажется это был он - именно тогда же сдаются первые экзамены в
школах. Жара. На улице +30. В душном классе идет последняя перед
экзаменом по литературе собрание. Время и последующие события вытерли
воспоминания более детальные. После намечалась прогулка с собакой.
Гаврика, так звали нашего пса, выгуливали как правило три раза в день.
Утром и вечером - моя обязанность, а днем с ним гулял дед или бабушка.
Поскольку я вернулся рано, то вызвался добровольцем. Была еще одна
причина. Друзья как раз собирались прийти на лысую горку - небольшая
возвышенность на которой разместился метеоцентр была по сути своей
парком с тропинками и скамейками. Мы любили там гулять, обсуждать
новинки и просто дурачились. Я намеревался их перехватить и совместить с
выгулом собаки.

Точно помню, что не работал лифт. 7 этаж. Однако, раскрывающаяся
перспектива весело погулять, придавала сил и энтузиазма. На этаж влетел
пулей. Быстро перехватил что было под рукой. Забрал собаку и мы пошли.

Видимо с друзьями я разминулся, а сотовых телефонов, тем более пейджеров
тогда еще не было. Тем более у школьников. Гаврик разыгрался. Откуда-то
появилась палка за которой он с удовольствием бегал. Зеленая трава.
Теплый летний день. Волшебно. Мы кружились. Я отбирал палку, кидал. Пес
ее подхватывал приносил. Обманывал. Делал ложные замахи. Играли в
перетяни палку. Кружились. В какой-то момент я споткнулся и мир
завертелся.

Осознал себя лежащим неудобно на животе, но что=-то словно подпирает
меня. Рука. Боли нет. Ничего нет. Голова шумит. Вроде соображаю. но как
спьяну. Смотрю на руку. Вижу, но не ощущая ниже плеча. Рука изогнута
дугой а посреди дуги торчит что-то острое. Сломал. Завтра экзамен. А я
сломал руку. Ну как так?

Стоп. соберись. Еще пес этот. Видишь хозяину не хорошо. Не убегай дурик.
Так. Надо в травму. А где она травма то теперь? Была на декабристов у
роддома. А теперь не знаю. Надо позвонить в скорую. И собака. Куда
девать собаку?

Так. Булочная. Везет, как бы. Правая рука. А я левша - значит более-менее дееспособен.

-Девушка! Можно позвонить в скорую?

-Иди отсюда. Наркоман. Вася тут наркоман какой-то.

Да со стороны вид не презентабельный. На светло голубых джинсах пятна
крови и травы, футболка смята. Весь в траве. В волосах, похоже тоже
трава и земля.

Начинает подступать боль. Ноющая и пульсирующая одновременно. Пока ее
можно заговорить, но заговоры не помогаю. Хочется выть, ныть, реветь,
забиться и чтоб отошла, отступила. Не получается. Надо в больницу. Надо
собаку домой. Домой. Предки. Блиин, они же с ума сойдут если меня долго
не будет. Может до дома дойти? Не далеко вроде. Но нет. Каждый так
отдается ударом барабана в руку.

Решение пришло уже скорее от безысходности. Вышел на дорогу, чуть ли не
перед перекрестком и здоровую руку выставил в сторону. Волга резко
вильнула вправо обдав дымом и матом из открытых окон. Остановился уазик.


Я не помню говорил или спрашивал меня о чем то мужик. Я не помню ничего
практически. Смутно помню мой лепет: дяденька, тут рядом травмпункт,
только туда, дальше я сам, дяденька, пожалуйста собаку домой отвезите
вот адрес, запомните, если что денег надо или еще чего только объясните
где и что со мной, что все хорошо.

Собаку здоровой рукой как-то умудрился за шкирку забросить назад. Ехал
сидя боком уткнувшись в стекло. От этого чувствовал каждую кочку лбом.
Боль была красная. Главное не шевелиться.

Машина остановилась. Мужик куда-то вышел. Через минуту другую появился в
сопровождении с кем-то в белом: Это не наш профиль, увозите его
отсюда...не знаю...в травму...даже смотреть не буду.

Спустя вечность приехали на саперов, в травму. Высокое крыльцо,
обшарпанные стены, мигающие светильники и очередь. Огромная очередь.
Хотя может мне так казалось. Из всей очереди я запомнил бабку вечно
ворчащую, что она пенсионерка и должна без очереди и двух таджиков (а
может это были армяне или даже грузины). Не помню как оно было на самом
деле, но рисуется примерно такая картина:

Двое армяшек, взглянули на парня, переглянулись и подхватив его за плечи
внесли в смотровой кабинет. Шестопалов версию не отрицал, но и не
подтверждал. Говорил, что да они, стояли в самом начале и самостоятельно
предложили пащана пропустить вперед.

Дальше был осмотр. Новокаиновая блокада. Болезненный, сам по себе, укол
прямо в мышцу куда-то около перелома. И покой. Почти экстаз от ощущения
свободы от боли. Поездка на скорой в 36-ю. Там меня уже ждала в приемном
покое мама.

Как меня готовили к операции не помню. Саму операцию тоже - мама
говорила, что был общий наркоз. Ставили спицы в кость. В школе я
появился лишь на выпускном.Красовался с гибсом до плеча. Аттестат
вывели по годовым - потому у меня там 2 тройки.

@темы: мысли, о жизни, самиздат